Пятница, 15 Декабря 2017 года
Издаётся с марта 1930 года
Алекс Гарин

Фальшивка

Часть 4

* * *
...Испуга не было. Всё-таки Сергею не раз случалось ходить в тайгу с отцом за ягодой и черемшой. Но тогда всё было по-другому. Во-первых, с ними непрерывно курсировал, высунув алый язык, верный Мухтар. Кроме того, походы были в дневное время. У отца в кармане штормовки всегда были припасены спички и нож, а в рюкзаке - вода и еда. А сейчас здесь, в кромешной темноте, посреди тайги, без обуви Серёжа ощутил себя совершенно беззащитным. Но сильнее всего в эту минуту хотелось пить! Очень скоро сообразив, что метаться в темноте бесполезно, он набросал охапку травы и, укрывшись, насколько это было возможно, курткой, свернувшись калачиком, попытался заснуть. Видимо, сильные душевные переживания и накопившаяся усталость сделали своё дело: Серёжка, не обращая внимания на комаров и подозрительные ночные звуки, провалился в царство снов. Проснулся он оттого, что ему стало холодно. Косые солнечные лучи прорезались сквозь заросли, преломляясь на тысячи радуг в крупных ослепительных шариках росы.
Вновь почувствовав жажду, мальчик стал слизывать чистейшую влагу с бархатистых листьев медуницы. Растирая замёрзшее тело руками, тщательно выбирая место, прежде чем сделать шаг, Сережа двинулся, стараясь придерживаться одного направления.
Проплутав в зарослях несколько часов, Сергей, наконец, вышел на старую просеку и, спустившись по ней в низину, очутился на дороге. К этому времени ступни уже не чувствовали боли. Понимая, что дорога, в конечном счёте, должна привести его к людям, Серёжа из последних сил ускорил движение. Но беда заключалась в том, что у всякой дороги два конца, и через несколько часов мальчишка понял, что всё дальше и дальше уходит в тайгу!
Рукава куртки пришлось оторвать. Из них Серёжа сделал обувку, что-то наподобие лаптей. Голода он почти не ощущал, но для восстановления сил несколько раз набивал рот недозрелой кислицей. На вторую ночёвку мальчик устроился более основательно: выложил пихтовым лапником углубление в глинистом овраге и сплёл из веток что-то вроде двери. Утром, сквозь дымку тумана, он продолжил движение. За поворотом дорога круто скатилась в лог, где её пересекал маленький кристально-чистый ручеёк. Серёжа, опустившись на колени, погрузил лицо в омуток и стал жадно пить. Вдруг он увидел в воде маленького пескаря. Молниеносным движением ладони мальчик, как сачком, вышвырнул рыбёшку на берег и, засунув в рот, не обращая внимания на её судорожные движения, разжевал и проглотил. Вкуса никакого не почувствовал.
За каждым поворотом Сергей с надеждой ожидал появление горелого леса. Но его всё не было. Исцарапав до крови о шершавую сосновую кору руки, мальчишка вскарабкался на высокую сосну в надежде увидеть хоть какой-нибудь ориентир. Но на все стороны простиралась, словно изумрудно-зелёный океан, бескрайняя тайга...
Сергея долго преследовал странный сон. Он настойчиво повторялся раз за разом, по практически неизменному сценарию. Снилось, что он с огромной скоростью, едва касаясь земли, движется по осеннему лесу. Лес, словно толстым лоскутным одеялом, покрыт слоем разноцветной шуршащей листвы и озвучен оглушительно-торжественной классической музыкой. Мелькают под ногами поляны, овраги, спуски, подъёмы. И вдруг деревья расступаются, и взору Сергея предстаёт великолепное двухэтажное здание-дворец с просторной застеклённой ярко освещённой верандой. На веранде в массивном кожаном кресле, погрузив ступни ног в пушистый ковёр, дремлет  седой старик. В руках у него дымится покрытая изящной резьбой трубка. Мерцает камин, мигает огоньками магнитола, из которой и звучит та самая музыка. Сергей приближается к веранде, прижимает лицо к холодному стеклу и почему-то понимает, что человек, сидящий в кресле - он сам... Отключившись от реальности, Серёжа опять вспомнил этот сюжет. Даже мелодия зазвучала в ушах. Захотелось, чтобы старик обернулся и позвал его. Назад, на землю, Сергея возвратил такой знакомый собачий лай. Мухтар буквально летел к нему навстречу, смешно закидывая задние лапы в стороны. За ним следом бежал коренастый мальчишка с огненно-рыжей шевелюрой. Не по размеру большие кирзовые сапоги стучали по дороге. А дальше - родное мамино заплаканное лицо и шепот сквозь слёзы: <КАКОЕ СЧАСТЬЕ, КАКОЕ СЧАСТЬЕ... ТЫ НАШЁЛСЯ!...ТЫ НАШЁЛСЯ!>

Сергей Стрельнков
07.07.2017 303
Комментарии читателей
Войдите на сайт, чтобы оставлять свои комментарии к материалам
Логин:
Пароль:

Регистрация    Забыли свой пароль?